Агриков меч - Сергей Фомичёв

— Разбойники? — удивился Тарко, пытаясь высмотреть среди зелени людей. — Прямо под городом балуют? Совсем обнаглели!

— Те зря стрелу бы тратить не стали, — спокойно заметил от кормового весла хозяин. — И предупреждать им незачем, чего ради добычу напрасно пугать? Напротив, ближе бы подпустили. Может князь кого-нибудь поджидает с верховьев? Кто-то жалобу подал, вот и ловят обидчика.

Услышав догадку корабельщика, Рыжий, до этого лениво лежащий на крыше надстройки, вдруг забеспокоился, вскочил и стал пристально всматриваться в холмистый берег.

— Похоже, война у них, — сообщил он с некоторым облегчением. — Точно война! Вон и со стен в ответ стреляют.

Обитатели лодки присмотрелись. Действительно, возле городских укреплений поднималась странная возня. Выглядящие с такого расстояния букашками люди набегали на стены и тотчас откатывались назад. Едва заметными чёрточками мелькали стрелы и копья. Не то чтобы это походило на серьёзный приступ — ни огня, ни дыма, ни пороков с лестницами, потому и не заметили мещёрцы сразу мелкой возни — но пробой сил перед схваткой людское движение вполне могло оказаться.

— Война, — подтвердил чародей.

— На вёсла парни, живей! — крикнул Тарон, уяснив из непонятной возни главное.

— Проскочим? — предложил ему чародей. — К правому берегу прижмёмся и проскочим.

— Где там проскочим? — возразил хозяин. — Назад поворачиваем!

Как бы предотвращая возможный спор, от берега отвалила лодка и резво пошла наперерез кораблю. Полдюжины гребцов мощно работали вёслами, остальные, вооружённых саблями и топорами что-то кричали.

— Живее, живее давай! — подгонял людей Тарон.

Ватажники быстро расселись по местам, несколькими слаженными гребками развернули корабль и тот, отправив вместо себя по течению развод смятой воды, понемногу, но уверенно двинулся обратно, вверх по реке.

Все свободные от вёсельной работы обитатели струга потянулись к оружию, стараясь, однако, делать это исподволь, без спешки, способной вызвать у преследователей подозрение или ненужный боевой задор. Парни Тарона, как и сам он, во всех случаях предпочитали расходиться со встречными ватагами мирно, не исключая и случай нынешний, кем бы ни оказались вышедшие им наперехват воины. Для боя нужны веские основания, а кромсать чужую плоть и подставлять под железо собственную просто забавы ради могут желать лишь последние дурни.

В вышедшей наперехват лодке, похоже, рассуждали похожим образом. А быть может, нашёлся умный начальник, умеющий отличать главное от ничтожного. Так или иначе, отогнав корабль от города, преследователи повернули обратно.

— Уф, — вздохнул Рыжий. — Пронесло вроде

— Осада у них, — пояснил спокойно Тарон. — Им главное к сидельцам помощь не допустить.

— Кому им? — уцепился чародей.

Тарон промолчал. Впрочем, ответа тем более от корабельщика Сокол и не ждал, просто подумал вслух. А про себя, прежде всего, подумал о Дедушке. Неужели тот успел подбить людей на смуту? Вроде бы с его ухода прошло не так много времени. Что можно сделать за месяц? Но ведь дурное дело не хитрое, а это сустай! Его пылкое слово способно зажечь даже сырую свалявшуюся кучу, каковой представлялись чародею давно покорённые и рассеянные по лесным углам местные племена.

От размышлений его оторвал подошедший украдкой Тарко.

— Знаешь, — шепнул он. — Когда я взялся за меч он оказался тёплым. Почти горячим, словно его подержали над огнём.

— Вот как? Хм, — чародей нахмурился. — Это означает, что где-то рядом находится тот, кому меч предназначен.

— Предназначен в каком смысле? — уточнил Тарко.

— В одном из двух смыслов, — ответил Сокол. — Впрочем, я могу и ошибаться или ошибаться может клинок. Он вполне мог почувствовать какого-нибудь сильного колдуна, например.

— Но тебя-то он не чувствует, — возразил Тарко.

— Я не колдун, — отрезал Сокол.

Тарко не полез в дебри споров о словесных значениях и оттенках. Сокол считает, будто есть разница и она важная, ну и пусть себе считает.

— И этот кто-то находился в той лодке? — спросил он.

— Вряд ли, — покачал головой чародей. — Возможно он в Муроме или среди тех, кто его обложил, или вообще проходил где-то неподалёку. Мы не знаем, на каком расстоянии чувствует меч.

Тем временем изгиб реки скрыл от них город и соответственно их самих скрыл от глаз дозорных.

— Поворачиваем к берегу, — распорядился Тарон и, заметив удивление чародея, пояснил. — Ночью попытаемся проскочить. В темноте. Русло я хорошо знаю, мель тут одна, обойдём. Если лиходеев только город волнует, то возможно не станут на реке усердствовать.

Им даже не пришлось вновь приближаться к Мурому. С наступлением сумерек на обоих берегах выше и ниже города запылали большие костры. Отблески огня перечерчивали Оку зыбкими полосами, делая невозможной всякую попытку просочиться украдкой.

— Эх, сейчас бы дождичек хороший, с ветерком, с тучками, — произнёс мечтательно Тарон. — Проскочили бы, прикрываясь мглой. Можешь ты, чародей, тучек нагнать?

Сокол с силой втянул ноздрями ночной воздух. Сухой, пряный, хранящий всё ещё солнечный жар, он обещал на ближайшие несколько дней прекрасную погоду. Дождём даже не пахло. То есть буквально.

— Нет, не могу, — сказал он. — Небо чистое. Таким, по всей видимости, и останется. Неделю дождя не будет.

— Значит, в Елатьму возвращаемся, — вздохнул корабельщик. — Эх, плакал приварок, а как хорошо всё начиналось. И зачем Ромку слушал…

— Александру-то расскажи, что здесь творится, — попросил чародей. — Чай не у одного тебя приварок.

— Сам и скажи, — удивился просьбе Тарон. — Тебя князь быстрее послушает.

— Мы здесь сойдём, — сказал Сокол. — Разведать нужно, посмотреть, что за люди на Муром польстились? Если получится, кинем весточку Александру, но ты всё же предупреди.

— Оно, конечно, узнать надо, — согласился Тарон. — Соседи как-никак. Да и торговля наша от них теперь дюже зависит.

Тарко без лишних вопросов поднялся в струг и, схватив вещи, вернулся на берег. Он привык уже доверять чутью старшего товарища.

— Эй, постойте! — подал голо Рыжий. — Там же сражение идёт, стрелы пускают, если вы не заметили.

— А ты можешь с Тароном остаться, — сказал ему Сокол. — Переждёшь в Елатьме, пока купец твой уедет, да и домой спокойно вернёшься.

— Ну уж нет, я с вами, — поднялся Рыжий.

Все его вещи помещались в холщовой сумке, которую он всегда носил на плече.

— Как знаешь, — бросил Сокол через плечо.

Корабль ушёл среди ночи и утра они дожидались на берегу одни. Костра не разводили, опасаясь лишнего внимания, и просто дремали, коротая время, а как рассвело, отправились вглубь леса.